-Успеем!

Солдат кивнул, поправил рюкзак и вошел в дверь ломбарда. Над его головой тренькнул колокольчик. Ылша посмотрел на настоящую феньку и покачал головой.

-Не одобряешь? – спросили из глубины помещения. Парень посмотрел на говорившего: чел был вполне представительного вида. Крепкий и собранный. Он инстинктивно вызывал доверие.

-Почему? Фенька стильная, но не по месту. Если вывешиваешь такое на дверь, то вставать надо было у станции. Там это смотрелось бы к месту, а здешние не оценят. Мужик за стойкой пожал плечами и улыбнулся:

-Ты же оценил?

-Я не «все». Ты меня искал через Скрягу. Зовут меня Ылша, а кличут Солдатом. Владелиц ломбарда кивнул:

-Вижу. Это ведь «Сокол»?

-Да, 101, штурмовая адаптация… Ладно, о деле говорить будем? У меня еще дела сегодня запланированы.

-Будем, – уверенно подтвердил свои намеренья коммерсант. – Меня зовут Всеволод Дубов.

-Хорошо…

-Зови Влодом. Все хорошие знакомые так кличут.

-Ок, Влод. Смотри сюда, – Ылша открыл рюкзак и выложил на стол скрепленные по типам «батарейки». – Моя работа. Если есть тестер, можем подтвердить, так сказать, квалификацию.

Дубов отрицательно мотнул головой и осмотрел каждую сцепку, раскрепив в произвольных местах модули и обоймы.

-Почему эти определил как «три четверти заряда, ноль износа»? Ведь контактная группа сильно окислена? Ылша усмехнулся:

-Местная спицифика. Эти «батарейки» достали на Складах, из зипов косячных штурмботов. А их в свою очередь достали из складов длительного хранения станций оборонного пояса. Модули снарядили еще на заводе производителе и больше не трогали. Потому контакты и окислены. И часть зарадя «стекла». Для такого вида «батареек» характерна одна «срывная» царапина.

-Убедил, – хмыкнул Влод. – Верю, что профи. Цену можешь не говорить, это ж стандарт.