-Ловите! – довольно крикнул он и закинул в самую гущу тел НП-гранату. Ее он обнаружил примерно с месяц назад на растяжке около своей двери. Судя по маркировке, боеприпас давно должны были уничтожить по сроку годности, но… Склады деактивации вооружения были дырявыми не только в плане охраны и заборов. Персонал тоже не отличался сознательностью и торговал «просрочкой» буквально в метре от КП.

Послышался глухой хлопок вышибного заряда и коридор начало затягивать пеленой нервно-паралитического газа.

-Пошли, кабан, прогуляемся, – Ылша за ремень комбеза вздернул Бугра на ноги и толкнул прочь от газового облака. – Нам с тобой еще разговор предстоит!

Гопник, лишившийся всей своей спеси и гонора, резво засеменил по коридору. Он уже немного оклемался и до него начала доходить, что положение серьезней некуда.

В приюте жили по откровенно волчьим законам. Среди более чем семисот воспитанников были и натуральные отморозки, и «воры с понятием», и простые «лапотники». Но не было ни одного, кто бы не пнул более слабого и не урвал бы от него кусок пожирнее. «Увидел чела в бессознанке – обшмонай его пояс и корманы», – так учили новичков и первогодков, более старшие воспитанники.

-Где сейчас хаза? – спросили из-за спины Бугра. Голос он опознать не мог – маска-фильтр искажала его, но по говору и поведению напал на них скорей всего Солдат.

Только у него могло хватить наглости и силы напрыгнуть на центровой сквад приюта. А это значит, что Солдат решил соскочить и терять ему нечего.

-Слышь, Солдат? Может разойдемся… – Бугор решил все же попытать шанс. – Мы ж тя не трогали…

«Такого тронешь!» – уже про себя подумал Бугор. Ылша-Солдат еще при поступлении очень резко себя поставил. Обычно новички, особенно малолетки, жмутся к преподам и тусуются стадом, от которого хрен кого ототрешь. Этот же в первый день забрел на территорию отморозков и порезал троих наехавших на него. Дальше – больше. После занятий он бежал в общественный клуб рукопашников, где сошелся накоротке с инвалидом-инструктором. А после его видели у Складов: Солдат работал у местных жестянщиков-бракоделов, разбирающих бракованные или вышедшие из строя оружейные платформы. Причем там пацан работал не за бабло, а за кормежку в столовой и обучение у мастеров.