Тим удивлённо свистнул.

— Но её ведь, наверно, кормят через трубку?

— Конечно. Причём, как и положено в таких ситуациях, глюкозой и низкокалорийной пищей. Однако жир продолжает накапливаться. Видимо, произошёл какой-то гормональный сбой.

— Действительно, странно.

— И это ещё не всё. У неё иногда самопроизвольно останавливается сердце, причём на весьма продолжительное время. Оно может остановиться на двадцать минут, может и на полчаса. Все усилия запустить его ни к чему не приводят. Вадим мне говорил, что однажды ночью оно у неё вот так остановилось. Что только не делали — применяли электрошок, адреналин — всё бестолку. И вот, проходит полчаса, её уже в морг приготовились отправить, и вдруг медсестра замечает, что она шевелится. Она ожила через полчаса, представляете? Сердце каким-то образом само собой запустилось!

— А мозг? — спросил Тим. — Он ведь умирает через пять минут после остановки сердца.

— Сканирование мозга показало, что большая часть его вещества не пострадала, хотя в некоторых отделах произошли необратимые изменения. Короче, несмотря на все странности, всё говорит за то, что пациентка скорее жива, чем мертва, хотя, по большому счёту, не жилец. При таком течении болезни жить ей осталось считанные дни.

— Могу я на неё взглянуть? — спросил Тим.

— Если только издали. В палату к ней, скорее всего, вас не пустят.

Тим с доктором вернулись к комнату охраны, где спутник Тима выкладывал из сумки небольшие прямоугольные коробочки, снабжённые проводами.

Охранник, показывая на них пальцем, повернулся к доктору:

— Он предлагает развесить их по всем коридорам!

— А что это? — спросил Дмитрий Ильич.

— Андрей, объясни ты, — ответил Тим.

Его товарищ взял одну из коробок в руки.

— Это портативный сенсорный биолокатор, который улавливает присутствие полевых сущностей, — сказал он. — Подобные сущности, иначе говоря — призраки, чаще всего невидимы. Но невидимы они для нас, а не для биолокатора. Если в радиусе десяти метров от него появляется призрак, он посылает радиосигнал на пульт…