Наконец скрипнула туалетная дверь и больной вышел в коридор. Его глаза лихорадочно блестели, рот дёргался в кривой ухмылке. Пройдя пару шагов, он остановился словно бы в раздумье. Тим подался назад. Он был на девяносто процентов уверен, что бес завладел этой плотью. Хотя оставались ещё десять процентов…

Шаги приблизились, и Тим нырнул за ближайший угол. Дождавшись, когда шаги прошелестят мимо, он снова выглянул. Теперь он видел мужчину со спины.

В его вспотевшей руке ожил мобильник.

— Тим, сигнал! Прибор номер двенадцать, над стойкой медсестры!

— Он в мужике… — только и выдохнул Тим.

— Сейчас буду!

Больной задержался у стойки, зашел за неё, задев коленом стул, и что-то взял со стола. Тиму было плохо видно, но ему показалось, что это ножницы. Итак, бес завладел человеческой плотью и собрался получить новую порцию крови и наслаждений!

Тим нашарил в сумке трубку, применяемую для усыпления бродячих собак. Трубка была заправлена шприцем с сильнодействующим успокоительным, которое в первые же секунды своего действия вызывает частичный паралич. Сжав её в кулаке, он со всех ног кинулся к мужчине.

Тот оглянулся. Рот его дёрнулся в судорожном тике, в глазах сверкнула злоба.

— Вам чего, гражданин? — проговорил он густым, утробным голосом. — Я в туалет выходил.

— Стой, не двигайся! — хрипнул Тим.

Лицо мужчины перекосила гримаса, он зыркнул глазами по сторонам и кинулся к двери одной из палат.

Он захлопнул её перед самым носом Тима. Тим ударил в неё плечом, но замок выдержал. Тогда он достал из сумки небольшой топорик и вставил его в щель между створкой и косяком. Из палаты донёсся женский визг. Тим рывком взломал дверь и ворвался в полутёмное помещение.

В пятне света, падавшем из раскрытой двери, Тим увидел одержимого. Тот лежал на кровати, подминая под себя какую-то женщину и сдёргивая с неё одежду. Женщина слабо сопротивлялась и визжала. На её оголённом плече алела рана.