— Приказ от пятнадцатого мая. Все животные на судне должны иметь амбулаторные карточки. Прививки от оспы, куриной слепоты и… Все. Следующий.

— Это не все. Сегодня была ревизия, в каюте второго помощника старшего оформителя нашли четыре ящика тушенки. На складе недостача — шесть ящиков. Дежурный, наверняка заодно. Случайно узнали грузчики и слесаря: грозят расправой, самосуд и прочее… беспорядки начнутся, им сейчас только повод…

— Понятно, — постучал пальцами по столу. Учетчику: — Приказ вчерашним числом.

— Вчерашним?

— Хватит переспрашивать. Приказ: Выдать второму помощнику старшего оформителя: имя, фамилия — четыре ящика тушенки.

— За что это?

— За спасение утопающего, как звали дежурного?

— Вирчис, — удивленно произнес статист. — Заместитель первого помощника старшего охранника судна.

— Очень хорошо. За героическое спасение заместителя и так далее…Вирчиса. Кстати Вирчиса этого в лазарет с удвоенным мясным пайком, в скобках — сколько не хватает? Вот пиши: два ящика тушенки.

— Может их еще за это к ордену? — недоумевал статист.

Константин задумался. Учетчику: — Приказ второй: За спасение высшего по званию, второго помощника, как там его?.. представить к Чермесскому трезубцу второй степени.

Учетчик исподлобья взглянул на Константина:

— Может, хотя бы четвертой?

— За такое полагается — второй. Сейчас придут его подчиненные, выяснять почему так обижают их самоотверженного начальника. Так что второй… второй… Слава героям! — обратился к статисту: — Гуревич, чего застыли? У вас все? Следующий!

Статист откланялся, к столу подошел пожилой худощавый матрос, с узкими бегающими глазками.

— Здравствуй Бек, — приветствовал картограф.

— Месье Константин, у меня конфиденциальный разговор.

— Пойдем в рубку, — поднялся с кресла, жестом позвал матроса за собой.

В рубке жарко, картограф приоткрыл форточку.