— На севере Москвы в тоннеле метро найдены десятки трупов. Ведется следствие…

Палец с обкусанным ногтем с щелчком придавил кнопку старого черного радиоприемника.

— Ну? А кто тут говорил, что раз на севере, так искать не будут?

Боно был очень зол. Ведь все же было нормально! Его банда держала свой район. Продуктов и воды хватало. Чужие давно не совались после знаменитого кровавого побоища, в ходе которого как раз Боно и заменил прежнего атамана — Быка. Бык был огромен и неудержим в яростном боевом порыве. Но с ним было хорошо только в бою, с ножами, с арматуриной в руках. Наладить регулярную мирную жизнь он не мог. А тут как раз бойня на Красных Холмах… Хорошее место выбрали тогда, говорящее. Вот Быку кто-то и сунул заточку в бок. Прямо в печень. Он от шока там и помер, на площади, не дотащили его до базы.

Заточка — оружие бедноты. "Быдла подземного", как их называл Бык. Нормальные пацаны всегда могли найти средства на хороший нож. Ну, или сам нож, даже если он в чьей-то руке. А ручки-то чужие можно и пообрывать…

— Так все же: какая сявка пискнула тогда, что на север поисковики не ходят?

Все молчали. Слышен был только тупой стук, когда нож Боно впивался в стол. Достал — кинул, достал — кинул. Как в ножички играет. Только все смотрят, как приклеились взглядом. Боятся его. Боятся — это хорошо.

Когда Быка подрезали, многие, наверное, думали встать во главе банды.