- Как это понять?

- Да, да, случайно. - Капитан загадочно посмотрел на собеседника. Журналист налил в стакан вина.

- Я уже чувствую, что меня, кажется, ждет сейчас еще одна правдоподобная история из ваших путешествий.

- В том, что она правдоподобная, мне нет смысла вас убеждать. Во всех моих рассказах всегда есть предметы, участники моих историй, но в данном случае я не могу положить на стол вещественного доказательства... Впрочем, для этого маленького рассказа оно и не нужно. - Капитан поднял стакан и, встретившись глазами с собеседником, сразу выпил все вино, затем, подумав, сказал:

- В двадцатых годах я участвовал в очередном полете на Венеру. Многое еще неясно было в ее атмосфере и в вулканической деятельности. В космическом корабле нас было двое. Оба молодые, сильные, но уже опытные космонавты. Мы вышли в космос согласно расчетной. Впереди были миллионы километров пустоты, мрака и тишины и полугодичная жизнь вдвоем, в которой начинаешь понимать друг друга не только по взгляду, по вздоху, но чувствовать мысленно, телепатически.

Каждые сутки в определенное время начиналась связь с Землей. Но уже на пятые сутки эта связь была нарушена. Рации молчали. Экран не светился. Мы летели в пространстве, полностью оторванные от Земли, лишенные всякой информации и общения с людьми.

На шестой день нам удалось вдруг связаться. Мы требовали объяснения, чем вызвано нарушение связи, нам ничего не успели сказать.

Рация вновь потухла.

Мы знаем, что каждый блок, каждая деталь при выходе из строя автоматически заменяется, запломбированные щиты мы не имеем права открывать. Через отверстия жалюзи в рации создается необходимый температурный режим. Что может влиять на нормальную работу аппаратуры? Мы сидели с другом огорченные, не зная, что нам предпринять. Какой может быть дальнейший полет без связи с Землей?