- Это... ммм... - коровья лепешка. Должно, вчера вечером одна из наших коров отстала от других, забрела сюда и... Ну а мы не заметили. Марта, пойди убери...

- Сколько? - Глаза у пришельца загорелись.

Кроуфорды уставились на покупателя с крайним недоумением.

- Что... сколько?.. - Марта с усилием сглотнула слюну.

- Сколько за коровью лепешку?

- Первый раз слышу, чтобы... - начала было Марта, но муж ее перебил:

- Ну, скажем... доллар. Впрочем, не буду вас обдирать. Двадцать пять центов!

Пришелец вынул большущий кошелек, положил на прилавок монету и что-то сказал своему спутнику. Тот прошел к машине и достал из багажника прямоугольный, похожий на фарфоровый, ящичек. Совочком с золоченой ручкой он аккуратно переложил лепешку в ящичек. Затем оба сели в машину и были таковы. Кроуфорды посмотрели на монету на прилавке. Луэллин закрыл рот, подбросил двадцатипятицентовик на ладони и довольный засмеялся.

- Ну и ну! - сказала Марта.

Всю следующую неделю дороги были забиты длинными блестящими машинами пришельцев. Они ездили, куда им заблагорассудится, все разглядывали и платили за покупки новенькими хрустящими бумажками. Вначале ходили разговоры, что зря, дескать, правительство им все разрешает, но инопланетяне существенно оживили торговлю, никому, в общем, не мешая, и вскоре недовольство прошло.

Луэллин Кроуфорд сгонял своего работника, четырнадцатилетнего Делберта, на пастбище, велел принести оттуда несколько высохших навозных лепешек и разложил их около прилавка с корзинами. Когда появился очередной инопланетянин (их стали звать герками, так как они все, выяснилось, прилетели из системы звезды Дзета Геркулеса), Луэллин загнал лепехи по десять долларов за экземпляр.

- Зачем они им нужны? - удивлялась Марта.

- Не все ли тебе равно? - усмехался Луэллин. - Им нужно - мы продаем! Я тебя умоляю.

Как-то Кроуфорд сказал жене:

- Пойду взгляну на наших коров.