Я дремала, положив голову на столик. В полусне я видела рубку "Памира" и четырех людей, удивительно похожих на тебя.

В половине четвертого по трапу поднялся Открыватель. Я услышала тяжелые шаги и машинально посмотрела на часы. Открыватель кивнул мне и медленно прошел к креслу штурмана.

- Радиограмма? - спросила я, пытаясь стряхнуть сон.

Открыватель не ответил.

- Радиограмма готова?

Он снял очки и обернулся ко мне. В его глазах было что-то новое, еще не виданное мной.

- Где... Земля? - странным, торжественным голосом спросил он.

Я включила обзорный экран. Там, где перекрещивались нити, было черное пятно, окруженное густой россыпью фиолетовых звезд. Скорость корабля исказила вид звездного неба.

- Она там, - тихо сказал Открыватель.

- Ее не видно, - возразила я. - Солнце будет заметно месяца через три, не раньше.

Открыватель покачал головой:

- Она там...

Сон окончательно прошел, и я поняла, что возражать нельзя. Я молча стояла за креслом Открывателя и смотрела на обзорный экран. Это продолжалось долго. Потом Открыватель, все еще склонившись к экрану, едва слышно произнес:

Есть голубая звезда, Джанетта,

Езды до нее двенадцать лет,

Если мчаться со скоростью света.

И белая есть звезда, Джанетта.

Езды до нее сорок лет,

Если мчаться со скоростью света.

К какой же звезде

Мы с тобой поедем

К голубой или белой?

Мой друг, ты знаешь эти стихи. Это "Детская песенка" Сэндберга. Однажды (с тех пор прошла вечность) ты читал их мне там, на Земле. Но в голосе Открывателя была недетская грусть.

И я вдруг все поняла.

- Вы... решили? - спросила я.

Открыватель быстро надел очки и обернулся ко мне.

- Выключите экран, - сказал он.

- Вы решили? - повторила я.

Он посмотрел на меня и улыбнулся:

- Да, конечно.

- Но...

Движением руки он остановил меня: