За поворотом натужно рычали подъемники, слышался скрежет металла. Потом вдоль состава прокатился грохот сцеплений. Вагонетки тронулись, побежали, наполнив шахту ровным живым гулом.

Галерея имела боковые ходы, служебные помещения, комнаты, залы. Когда проходили мимо одной из дверей, теоретику показалось, что Мудрый резко ускорил шаг. У подножия спускавшейся к тамбуру лестницы хозяин и гость задержались, чтобы достать из халатов свои кислородные маски и надеть их.

Палеошахта - огромная полость в древних пластах. Здесь в пустотах и пористых массах породы накапливались рудничные газы, вытеснявшие воздух и угрожавшие взрывом.

Дятлов и Мудрый спустились по лестнице в тамбур, прошли эластичные створки. Через каких-нибудь десять шагов плечи будто сами собой распрямились. Высокие своды тонули во мраке, глубоком и плотном. Хозяин и гость приближались к цепочке огней у подножия черной стены.

Теоретика согревали веселые мысли о доме. Накануне он допоздна засиделся над рукописью, а утром, проснувшись, обнаружил, что на него, как на гору, кряхтя и сопя, забирается полуторагодовалая Натка. Под этой тяжестью тело его замирало и таяло. Сердце стонало от счастья. Малышка столкнулась нос к носу с отцом и, качая головкой, пролепетала - копия мамы - "Ой, Коя, Коя!" Тогда он вскочил и, вопя от восторга, сгреб свое чудо в охапку и начал подбрасывать к потолку и ловить драгоценный визжащий комочек.

Мудрый шел рядом и думал о том, что главный талант человека - это вкус к жизни, именно то, чего бедному Дятлову не досталось. "В жизнь мы приходим за многоцветным искрящимся праздником, - говорил он себе, - но есть люди, рожденные только затем, чтобы мучиться. И вот таким дано властвовать, править!"

Стена, освещенная снизу, терялась во мраке. На разных уровнях к ней лепились гондолы лабораторий, напоминавшие членистых многоногих мокриц. У самой стены ожидали две люльки подъемника. Через минуту, взлетая во мраке, Дятлов мысленно проклинал этот варварский транспорт: подвешенный в легком сидении, он чувствовал кожей дыхание бездны. Его начинало мутить. Он еле сдерживал крик, потрясенный чудовищным несовершенством мира, в котором людей всюду поджидает нелепая смерть.