Принцесса захотела взглянуть на этих людей поближе и приказала капитану повернуть корабль к берегу. Однако достойный Маслама отказал ей, и принцессе пришлось смириться, потому что на корабле верховная власть принадлежит капитану. Так же и в походе последнее слово должно оставаться не за ней, а за тобой. Конечно, там, где это действительно касается вопросов безопасности Ее Высочества.

— Но где пролегает эта черта? — Кортес взял с золотого блюда жирный, истекающий медовым соком финик — диковинку, невиданную в Закатных Землях. — Молоденькие девушки капризны и непредсказуемы, и кто может поручиться, что вернувшись в Теночтитлан, принцесса не обвинит меня в злостном неподчинении ее приказам и не потребует кади лишить меня жизни? С купцами дела вести спокойней, Ваша Светлость. Я высоко ценю ту честь, которую вы оказываете мне, предлагая столь ответственную службу, но не могу принять ее и прошу не счесть мой отказ оскорблением.

Жесткое лицо ал-Хазри окаменело еще больше.

— Я позвал тебя не для того, чтобы выслушивать бессмысленные отговорки! Повторяю: ты кажешься мне самым подходящим человеком для этого дела, а значит, вопрос уже наполовину решен. У меня есть кое-какие способы заставить тебя согласиться — полагаю, Тубал уже намекнул тебе на это, — но я не хотел бы начинать с угроз. У монетки, как обычно, две стороны. Как ты понимаешь, ни принцесса Ясмин, ни я, ее опекун, не ограничены в средствах. Я очень хорошо заплачу за эту работу, капитан. Так хорошо, что ни один купец не сможет перебить мою цену. А кроме того, в качестве награды за твои труды я заставлю подлого Али Хасана расплатиться с тобой сполна, включая проценты. Неужели ты не хочешь увидеть, как справедливый суд Его Величества халифа — да будет доволен им Аллах — воздает этому шакалу в обличье правоверного за его низость?

— Али Хасан покинул Закатные Земли. Кто станет судить его в ал-Андалус за преступления, совершенные на краю света?