Надо провести расследование. Соседи должны были что-то заметить. Если бы я вчера, вместо того чтобы тупо пялиться в ЖЖ и на дорогу, посидел с мужиками, меня б наверняка предупредили, что в хате нечисто.

Словечко, однако!

Вообще-то бабка после гостей прибрала. Мертвецы проторчали у нее часа три, пересмотрев серию из полицейского детектива (мыльных опер после полуночи на ТВ не пускают), затем эстрадное шоу, а под конец, судя по звукоряду, жесткую порнуху. Старушки в платочках поверх голых черепов с элементами гниющей плоти плевались, отворачивались и скрипели по поводу нынешних нравов, а мумифицированным старичкам ничего, нравилось. После бабка без экивоков сообщила, что пора бы и расходиться, ей еще до петухов посуду надо вымыть. Юная утопленница вызвалась помочь, и в четыре мертвых руки они полностью замели следы ночной гулянки в прямом и переносном смыслах.

Под спасительный крик петуха я поклялся: первой же электричкой, не оглядываясь, и ноги моей больше… а потом заснул.

Но утром (или полдвенадцатого — не утро?) из зеркала над умывальником на меня глядел вполне черноволосый и жизнерадостный молодой человек. С опухшими красными глазами, но они всегда такие после ночи в инете, не привыкать. Оптимизм вернулся, и я уже не собирался за здорово живешь сдавать позиции.

Значит, следы.

Первым делом я проверил самовар и чашки: бабка предусмотрительно спрятала их в глубину коморы, но повытирать насухо не успела. Это раз. На раме с внешней стороны обнаружился длинный темный волос — это два. В сенях отметился кот, но с котом не все так просто, он мог оказаться и живым, их тут по селу немерено шастает.