— Не помешаю? Олег обернулся.

— А, это вы…

У проволочного забора переминался с ноги на ногу Семенов. Вообще-то Олег ждал, что начальником нефтегазодобывающего управления будет огромный, медлительный, расплывшийся от нездорового питания, прокопченный всеми северными ветрами дядька, которому очень далеко за пятьдесят. А Семенов, как ни странно, оказался живым, поджарым, словно скаковая лошадь, и до неприличия молодым. На вид — около тридцати. Даже моложе Олега.

— Извините, если нарушил одиночество. Я только хотел извиниться, — весомо произнес Семенов. — Мы вас не слишком-то гостеприимно встретили.

— Бывает, — равнодушно сказал Олег и посмотрел на тлеющий кончик своей сигареты.

— Но вы поймите нас…

— Понимаю, — оборвал Олег. Ему жаль было тратить время на пустой разговор. Понятно, что Семенов дозвонился своему далекому московскому начальству на тридцатый этаж офисной высотки, которую «Нафта-Восток» отстроила себе на Юго-Западе, и начальство вправило ему мозги, напомнив прописную корпоративную истину про желание акционеров, которое сильнее любых законов. В том числе физических. И добавило (наверняка): мол, если Семенов не хочет быть самым умным среди безработных, то лучше бы ему, темпераментному, молчать в тряпочку и делать так, как приказывают. После чего Семенов повесил трубку, немного подумал и пошел искать Олега…

— Как разместились? Поужинали, надеюсь?

— Спасибо, все нормально. Мы довольны. И разместились, и поужинали…

Вопреки ожиданиям, комнаты в жилом блоке, построенном по канадскому проекту, оказались вполне пригодными для жилья. Все одноместные, хотя и небольшие — метров шесть. Выбор мебели был не ахти, зато в каждой комнате имелись индивидуальные удобства — душ и унитаз. А в столовой нефтепромысла при минимальных ценах кормили вкуснее, чем в большинстве ресторанов города. Так что условия, на взгляд Олега, были вполне приемлемыми. На взгляд Кулька — очень хорошими. А для Кайрата Абилева — так и вовсе шикарными. Тот индивидуального унитаза, да еще канадского, в жизни не имел…