Поэтому методика чтения данной лекции была отработана им безукоризненно. Для начала следовало рассказать вкратце о катастрофах звезд вообще, затем перейти к изложению различных теорий, начиная со знаменитого доклада Джона Митчелла Лондонскому Королевскому обществу, потом, когда слушатели окончательно уверятся в существовании «черных дыр», обрушить на них водопад фактов и практических доказательств в пользу того, что данные объекты никак существовать не могут, а в завершение провести кое-какие умозрительные, но весьма поучительные эксперименты на материале наиболее известных научно-фантастических произведений.

— Какие у вас есть ко мне вопросы? — спросил заученно Снайдеров, пытаясь тыльной стороной ладони оттереть рукав пиджака от мела.

Вопрос был своего рода сигналом к окончанию занятия.

Под его влиянием аудитория обычно пробуждалась, с сожалением отрывалась от полуподпольных развлечений и принималась собирать вещички, готовясь покинуть лекционный зал.

Однако на этот раз, оглядев ряды, Орест с некоторым удивлением заметил чью-то поднятую руку.

— Да-да, пожалуйста, — сказал он, принимаясь закрывать разложенные на преподавательском столе книги популярные брошюры и свои конспекты.

Из задних рядов с трудом воздвигся на полусогнутых нижних конечностях некто по фамилии Ломакин. Закоренелый двоечник, нарушитель дисциплины и ярый ненавистник каких бы то ни было лекций. Само по себе его желание задать вопрос было чем-то из ряда вон выходящим, и Снайдеров внутренне приготовился к возможной провокации. От Ломакина можно было ожидать чего угодно. Доцента Северскую с третьей кафедры он, например, доводил методичными замечаниями по поводу ее взаимоотношений с мужем (которые в самом деле не были идеальными) и о влиянии данного феномена на отношение к студентам.