Доносившиеся обрывки разговоров на относительно доступном для ее понимания английском мало чем помогали.

Вот, к примеру:

- Поговаривают, что Машина запрограммирована исключительно на систему Барцы и Индийскую защиту, а если игрок толкнет королевскую пешку, она ответит построением Дракона.

- Ха! В таком случае...

- Русские привезли десяток сундуков домашних заготовок и просто забросают ими Машину. Что может сделать один изготовленный в Нью-Джерси компьютер против четырех русских гроссмейстеров?

- Я слышал, русские запрограммированы с помощью гипноза и натаскивания во сне. У Вотбинника был нервный срыв.

- Зачем, ведь у Машины не было ни Haupturnier *, ни даже в университетских соревнованиях победить? Она будет играть миновать более слабые турниры.

- Да, но может получиться, как с Каггой в Сан-Себастьяне или с Морфи или Вилли Энглером в Нью-Йорке. Русские будут выглядеть идиотами.

- Вы уже видели результаты матча между Лунной Базой и Орбитой Земли?

- Не стоит внимания. Игра была слабенькая. Чуть выше любительского уровня.

Самой главной проблемой Сандры было полнейшее отсутствие представления об игре в шахматы - тема, которую она деликатно обходила в разговоре с руководством "Спейс Миррор", но которая сейчас наваливалась на нее своей тяжестью. "Хорошо бы уйти отсюда, - подумала она, - отыскать какой-нибудь тихий бар и зло, по-бабьи напиться".

- Может, мадемуазель хотеть чего-нибудь выпить?

- Еще бы тут не хотеть! - поспешно откликнулась она и оценивающе, сверху вниз посмотрела на того, кто так удачно прочел ее мысли.

Это был невысокий пожилой мужчина, немного напоминавший похудевшего Питера Лорра, - такой же счастливый

* Главный турнир (нем.).