— Почему? Ну, я не знаю почему… — растерялся Быстрый. — Наверное, у Ее Величества было какое-то предчувствие… Наверное, она почуяла, что мы подвергнемся опасности! Ведь у Снежной такая интуиция!

— Какую чушь ты городишь, Быстрый! Какое еще предчувствие? Какая еще интуиция? Мне легче поверить, будто кто-то предупредил ее, что волки готовят западню!

— Но посудите сами, Советник Игогоний, если бы кто-то и впрямь предупредил Снежную, что там нас ждет опасность, разве отправились бы мы на поиски Сизокрыла вдвоем? Нет, мы взяли бы с собой других лошадей! Самых сильных, самых задиристых!

— Что да то да…

— Я хотел остаться со Снежной, — с горечью сказал Быстрый и виновато опустил голову чуть ли не до самой земли. — Я хотел быть с ней до самого конца. Но…

— Что — "но"? Струсил, да? — оживился Игогоний.

— Струсил? Ну уж нет! Никогда! — Быстрый запальчиво стукнул о мраморный пол дворца передними копытами. — Просто Снежная приказала мне уйти. Я же не мог ослушаться приказа царицы!

— А вот и зря… — Игогоний прижал уши к голове, как обычно делают лошади, когда они чем-то не довольны. — То есть, я хотел сказать, очень жаль, что Снежная попала к волкам совсем-совсем одна. В твоем обществе ей было бы гораздо веселее, Быстрый…

— Но они ведь просто разорвали бы меня в клочья! Видели бы вы, сколько их там было! И Зуб тоже был с ними! И потом, на мне ведь не было Синего Медальона…

— Ах да… Синего Медальона… Я как-то запамятовал…

Быстрому стало не по себе. Он очень рассчитывал на то, что Советник Игогоний тут же начнет скликать на подмогу других коней и жеребцов. Сразу решит, что делать. Придумает план, все как следует организует. А Игогонию, похоже, совсем не хочется придумывать никаких планов. И уж тем более он ничего не собирается организовывать. Вот позавтракать Игогоний явно был бы не против…

"И что это с ним стряслось?" — спрашивал себя Быстрый.