Поняла!

Когда они вошли в магазин, где в этот час было мало народу, к ним сразу устремилась немолодая продавщица, которую Даша утром не видела.

Вы что-то хотите, молодые люди?

Да! — улыбнулся продавщице Петька. — Вот моя двоюродная сестра из Костромы приехала, ищет какие-то ботинки, мы уже в трех магазинах побывали, все ей не так! Может, у вас найдет что-то по вкусу!

Даша была возмущена. Ее разжаловали в двоюродные, да еще из Костромы. Но ничего не попишешь! Актер роли не выбирает! И она устремилась к полкам с обувью. А Петька все болтал с продавщицей.

Вот вы мне скажите, это что — красиво? — спросил, указывая на низкие ботинки с платформой и толстенным клешеным каблуком.

Кому что нравится, — пожала плечами продавщица. — Сейчас это модно.

Моя мама недавно купила себе такие, так отец с тех пор иначе не называет ее, как парнокопытная! А эта мымра, — понизив голос, он незаметно указал на Дашку, — меня вообще замучила. Сама не знает, чего хочет!

Даша тем временем примеряла уже третью пару ботинок. Краем глаза она приметила ту девушку, которая сегодня утром ее обслуживала. Внезапно к девушке подбежала взволнованная женщина очень маленького роста. В руках она держала точно такие сапоги, какие купила Даша.

Женя, ты сегодня вот эти сапоги продавала?

Да! Они нынче хорошо пошли. С утра четыре пары ушло. А что, Нина Филипповна?

Да не знаю, Марьяна чего-то психует! Говорит, одна коробка пропала! Может, поищешь?

Пропала? Куда ж она пропала? Там две пары с брачком были… Да тут и искать нечего! Бракованные я отложила, куда велено, там они и стоят! Да их всего-то и осталось три пары тридцать девятого и две тридцать шестого, остальные разобрали.

Женюра, умоляю, пойди сама ей скажи, а то она просто на стенку лезет! Иди, а я тут за тебя постою!

«Ага, — подумала Даша. — Не зря мы сюда приперлись. Уже ясно, что хозяйку пистолета зовут Марьяной…» Вдруг к ней подошел Петька: