Пит первым нарушил молчание, заговорив на темпоральном:

- Я слышал, около Тулузы обнаружили несколько мамонтов.

Тулуза будет построена только спустя столетия, но сила привычки велика.

- Я уже подстрелил одного, - нетерпеливо сказал Эверард. - И уже вволю накатался на лыжах, назанимался альпинизмом и по горло сыт зрелищем местных танцев.

Ван Саравак кивнул и раскурил сигарету. Когда он затянулся, его скулы еще резче выдались на худом коричневом лице.

- Это приятный отдых, - согласился он, но честно говоря, через некоторое время жизнь на природе малость надоедает.

Им предстояло ничего не делать еще две недели. В теории, поскольку, возвращаясь из отпуска, агент имел возможность при желании попасть чуть ли не в день и час своего отъезда, отпуск мог длиться бесконечно, но на практике каждый должен был посвятить определенный отрезок своей биологической жизни работе. (В Патруле никогда не говорилось, когда кому предстоит умереть, и у каждого обычно хватало ума не пытаться выяснить это самому. К тому же в любом случае дата могла оказаться неточной - время изменчиво. Одним из преимуществ работы в Патруле была возможность пройти данеллианский курс продления жизни).

- Чего бы я хотел, - продолжал Ван Саравак, - так это ярких огней, музыки и встреч с девочками, которые никогда и не слышали о путешествиях во времени...

- Сказано - сделано! - подхватил Эверард.

- Рим времен Августа? - радостно спросил его товарищ. - Я никогда там не был. Могу за час выучить их язык и обычаи под гипноизлучателем.

Эверард покачал головой.