- Я тоже надеюсь. Ты нашёл деньги?

- Да. Всё оказалось очень просто.

На том конце трубки помолчали.

- Просто? Тогда я знаю, - сказала Линда. - Письмо самому себе. Потом явиться в банк и предъявить своё тело.

- Ну да. Короче, срочно вызывай Джонса. Генетическая совместимость у нас с Томми неплохая, не так ли? Справится. Короче, мне нужно быть в башке этого парня как можно скорее.

- Хорошо. Еду. Жди меня через десять минут.

- А Джонс?

- Джонс не здесь. Я дам ему сигнал. Мы забираем тело и срочно вылетаем в университетскую клинику.

- Почему не здесь? Тут безопасно.

- О Господи, до чего же идиот. Ты идиот даже в своей хирургии! Ты стал бы оперировать в чужой операционной? Где ты не знаешь ни автоматики, ни компьютера?

- Верно. Извини, я не подумал.

- Ты не умеешь этого делать, милый братец. Я даже не знаю, как это у тебя получается резать чужие мозги. Я бы тебе не доверила вырезать себе аппендикс.

- Хватит! Заткнись!

В трубке что-то щёлкнуло, лампочка скремблера погасла.

Ходивала подошёл к саркофагу, чтобы отключить оборудование. Запрокинувшаяся голова старика Хоукинга, с отпиленной макушкой, из которой торчали контакты, казалось, оскалилась в недоброй усмешке. Хирургу стало неуютно: ему почудилось, что мёртвый старик смеётся над ним. А что, если они не найдут этих проклятых денег? А что, если вот прямо сейчас распахнётся дверь и сюда ворвутся полицейские? А что, если маэстро Джонс потерял умение, в его-то нынешнем состоянии это более чем возможно... боже, сколько же он зарезал людей, прежде чем набил руку как следует... Что, если парализатор не подействовал на молодого Хоукинга, и он прямо сейчас встанет на ноги, схватит что-нибудь тяжёлое, и... Впрочем, хоть эту опасность можно предотвратить. Понимая, что ведёт себя как параноик, доктор достал моток хирургического пластыря для лёгких ран. Лучше всего сначала обмотать ноги. Или сначала руки? Он перевернул бесчувственное тело на живот, приклеил пластырь к коже и потянул. В этот момент запел дверной сигнал: кто-то пришёл.