Андрей Дашков

Homo super

HOMO SUPER (РЫБКА-БАНАНКА ЛОВИТСЯ ПЛОХО) (Из серии <<Жизнь замечательных детей>>)

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЭКСТРЕМАЛЬНАЯ ПАРА

1

Судя по всему, мир был с грехом пополам запущенным механизмом, либо часами, подсоединенными к адской машинке, либо просто стеной без верха и низа, в которую время добавляло новые бесчисленные кирпичики, складывая дурацкую башню, бессмысленную мозаику, видимую только со стороны (но кто обладал даром <<выходить из стены>>?); в любом случае -- как деталь, шестеренка или кирпич -- Эдуард Пыляев плохо соответствовал замыслу. Вероятно, где-то там, наверху, его проектировали с похмелья, папаша выполнил свою постельную работу без особого вдохновения, душа слишком долго провалялась на складе в ожидании очередного воплощения. В результате зубья шестеренки покрылись ржавчиной, деталь имела изъян, кирпич получился неправильной формы, -- и Эдик чувствовал себя в этой жизни крайне неуютно. Дня не проходило, чтобы он не нарвался на неприятности. Его отличала удивительная способность наживать себе смертельных врагов. В некоторых людях он возбуждал необъяснимую, но стойкую ненависть. Он никогда не умел вовремя уйти в сторону, дабы избежать бессмысленного конфликта. Мир старательно царапал его острыми краями и щедро раздавал пинки под зад. Эдику пришлось продираться сквозь толпы враждебно настроенных статистов, ожидать по ночам надвигающегося краха и отчаянно дергаться в светлое время суток, чтобы защитить свою жизнь и микроскопическое достоинство.

Он был одним из неудачников, обреченных на медленное и болезненное вымирание. Ему не везло ни в мелочах, ни по-крупному. Если он сворачивал за угол, можно было с уверенностью утверждать, что там расположились менты -достаточно тупоголовые, чтобы не понять, кто есть кто, -- и полночь он встречал в предвариловке. На него частенько наезжали в барах, вагонах метро, парках, непременно на базаре и с почти стопроцентной вероятностью -- после одиннадцати вечера на любой пустынной улице.