Капитан Шили совершал краткий обход. Корабль набирал скорость, чтобы выйти на требуемый для прыжка режим. Ревели двигатели, щебетали контроллеры, ровно гудели вентиляторы. Сквозь иллюминатор можно было увидеть мириады звезд, жуткий изгиб Млечного Пути - и все; остальное пустота, космическое излучение, близкий к абсолютному нулю холод, невероятное отдаление от ближайших людских поселений. Капитану предстояло забраться с командой туда, где никто до них не бывал. О том, что там творилось, никто ничего толком не знал, - и это угнетало его чрезвычайно.

Элоизу Вэггонер он застал на посту, в каморке, имевшей непосредственную связь с командным отсеком. Его внимание привлекла незнакомая музыка: каскад победных, чистых, светлых звуков. Остановившись в проходе, он посмотрел вопросительно на Элоизу, сидевшую за столом, и на маленький магнитофон.

- Ох! - женщина (он никак не мог заставить себя думать о ней как о девушке, хотя она совсем еще недавно была подростком) вздрогнула. - Я... жду прыжка.

- Ждать следует в состоянии полной готовности.

- А что я должна делать? - ответила она менее робко, чем обычно. - Я ведь не занимаюсь обслуживанием систем корабля и к научному персоналу отношения не имею.

- Вы член команды, техник особой связи...

- Связи с Люцифером. А он любит музыку. Он говорит, что музыка способствует нашему отождествлению больше, чем что-либо иное, известное ему о нас.

Брови Шили поползли вверх.

- Отождествлению?

Узкие щеки Элоизы покрылись румянцем. Она опустила глаза и нервно потерла руки.

- Ну, быть может, это не совсем удачное слово. Гармония, единство... Бог?.. Я чувствую то, что он хочет этим сказать, но в нашем языке нет соответствующих понятий.

- Гм... Что ж, это ваше дело, вы обязаны делать все, чтобы он чувствовал себя счастливым. - Капитан смотрел на нее, пытаясь сдержать упорно накатывающее, отвращение.