— А там хоть телевизор-то есть? — спросил Петька отца.
— Что? — спросил отец. — Какой телевизор?
— Обыкновенный, чтобы смотреть…
— Не уверен… Не знаю… — ответил отец рассеянно.
— Ну вот, — сказал Петька, — там от скуки сбесишься. Засядешь в избе с тараканами и сиди — радуйся. Два пенсионера…
Город готовился к Новому году. Симпатичные деды-морозы в витринах раскрывали мешки с подарками и сверкающими ёлочными игрушками. Электрики, стоя на подъёмниках, тянули через улицы электрические гирлянды.
— Мороженого хочешь? — спросил вдруг отец.
— Батон на двадцать восемь копеек, — только и сумел от неожиданности сказать Петька. Мороженого он хотел всегда, в любое время года, при любой погоде. Но никогда ему не предлагал мороженого отец, да ещё зимой.
— Нет, брат, — сказал отец, — пойдём в мороженицу.
— В «Лягушатник» или в «Улыбку»?
— Какой ещё лягушатник?
— Да вон! Она внутри зелёным пластиком отделана, потому и «Лягушатник».
— Нет, брат, пойдём в другую… Я угощаю! — Но голос у отца был почему-то печальным.
Они долго ехали на трамвае, потом сошли у небольшого скверика. Огромная, словно срезанная, стона многоэтажного дома своим скучным, слепым, без окон, боком нависала над сквером, а к ней прилепился маленький павильон.
— Два по триста ассорти, — сказал отец волшебные слова, и у Петьки даже сдавило горло.
Разноцветные шарики истекали сиропом. Первые два Петька Столбов съел молча, не отвлекаясь и не торопясь. Потом перевёл дух и осмотрелся. Это была обыкновенная мороженица, и посетители в ней были обыкновенные. Вон бабушка с малышом…
— Ешь маленькими кусочками! Слышишь, кому говорю!
— Папа! — сказал Петька. — Почему мы приехали сюда?
— Почему? — спросил отец, и Петька понял, что отец ждал итого вопроса. — Почему мы приехали сюда? Ты уже взрослый, Петя… Мы приехали ко мне в гости. На этом месте стоял наш дом. Здесь я родился и до семи лет жил с мамой, папой и бабушкой… — Отец медленно разминал белые шарики ложечкой, и прожилки сиропа делали мороженое мраморным. — А мороженица была вон в том доме, через дорогу, рядом со школой, где работала мама. И мороженое тогда было другое.