- О чем Чак?

- ТОТ ДЕНЬ?!. Я ничего не помню... И от этого мне порой кажется, что Мир - всегда был ТАКИМ.

- Ты был болен, Чак. Тяжело болен.

- Был болен... - как эхо откликнулся Чак. - Теперь я здоров, но Мир все еще болен...

- Но когда Мир переболеет, это будет ТВОЙ МИР!

Чак вздрогнул, ему показалось, что Учитель рад этому грядущему миру, миру где для него - Учителя места уже не будет. Бункер - последний оплот прошлого. Последнее прибежище, последнего представителя некогда Великой Расы, к которой пока еще принадлежит Учитель. Но может где-то еще остались его соплеменники, где-то в иных бункерах? А может где-то уже бродят представители Новой Расы: Переживших ТОТ ДЕНЬ, выживших, но ценой Утраты. Безвозвратной утраты родства с Народом Прародителем. Уже НЕ ЛЮДИ... НЕЛЮДИ! Представители расы к которой принадлежит и Чак.

- Ты ранен?

Как пугающе безразличен этот механо-электрифицированный голос. Чак опять вздрогнул и жесткими пальцами с ногтями, конусом опоясывающими каждую последнюю фалангу, коснулся синей пленки на ноге. Сквозь новую кожу явственно пробивалась синяя шерсть. Скоро рана зарастет и забудется.

- Ерунда! Это всего лишь крысы.

Крысы теперь были огромные и наглые. Став на четыре задние лапы, любая из них могла потягаться ростом с Учителем. Их гибкие тела то и дело тенью скользили по раздолью этой гигантской помойки. Порой даже Чаку казалось, что теперешний мир и был специально создан для этих крыс... Но Чак "вспоминал" про ТОТ ДЕНЬ, и наваждение проходило...

- Я принес то, что вы просили, Учитель. - Чак протянул металлический контейнер. В нем были пробы грунта из различных мест. - На карте я отметил номером место откуда брал землю. Такой же номер и на соответствующей ячейке контейнера.

- Хорошо Чак. Мне пора... - Учитель забрал контейнер и направился к люку. - Завтра, в это же время я буду ждать тебя здесь, Чак.

Чак понимал, что Учитель прикован к бункеру, и так получалось, что он, Чак, прикован к Учителю.