Лидеры кланов зашевелились, выражая крайнее неудовольствие. Их недоверчивые взгляды обратились на Тракатха, требуя подтверждения слов Барона. Под их взглядами тот нехотя склонил голову.
- Ну что за звери эти люди? - воскликнул Буктаг'ка. - Какую славу, какое уважение они могут добыть, бесчестно уничтожая корабль в доках, когда он не имеет возможности даже взлететь? Их боги должны вывернуться наизнанку от такой малодушной трусости.
- Не думаю, что их боги смотрят на это также как и наши, - ехидно ответил Джукага, понимая всю иронию происходящего в этом зале. Во время изучения людей он, получил некоторое понимание того, насколько чуждыми были их логика, их вера, и концепция войны. Было совершенно невозможно объяснить все это собравшимся здесь баронам, пропасть между людьми и килрафи была слишком велика, чтобы ее перепрыгнуть.
Существовал еще один момент. Все их предыдущие враги были полностью уничтожены в войнах, которые продолжались, самое большее, немногим более четырех лет. Да и тот последний случай был просто из-за большого размера империи Хари. Во всех этих войнах, победа обычно была гарантирована уже после нескольких часов первой атаки, и потребности верно понимать действия врага не было никакой. Война с людьми длилась уже более тридцати лет, а большинство тех, кто вели Империю в бой все еще не понимали ход мыслей своих противников.
- С честью или без нее, уничтоженный авианосец останется уничтоженным, - добавил Джукага, - и это факт, который не стоит обсуждать.
Он посмотрел в сторону Принца, и к своему удивлению прочел в его глазах понимание.
- Но настоящая опасность исходит от слабости нашего снабжения - от наших транспортов и кораблей обеспечения.
Из зала раздались несколько презрительных возгласов от лидеров кланов. Такие суда, и те кто служили на них, обычно не заслуживали внимания, а экипажи этих кораблей всячески презирались. Ведь любой килрафи, кто принимал назначение на такой корабль, был опозорен внутри своего клана. За пиршественным столом они сидели только с краю, низко опустив головы, в то время как другие рассказывали о своих подвигах или орошали кровью алтарь Сивара во время торжественного ритуала.