– С тех пор прошло четыре месяца. А теперь вы должны за аренду причала, энергию, подсоединение к атмосфере и девять поездок Рельсом. Плюс проценты. Итого вы должны мне пять сотен часов.

– Это чистый грабеж, и тебе это известно, – возмутилась Чемберс.

– В любом другом Рельспарке это стоило бы вполовину меньше.

– Тогда забирайте отсюда эту мусорную кучу, которую вы называете кораблем, и уматывайте... но только после того, как расплатитесь. – Он многозначительно помахал перед экраном чешуйчатым хвостом. – И возможно, вам потребуется залог для нового владельца.

– Тебе известно, что у нас нет времени, пухлый мешок с...

– Мы сделаем это, – перебил Мартин.

– У вас на все про все два дня. Или вы в пятницу выкладываете пять сотен часов, или я отключаю хлор.

– Мы дышим кислородом, – заметил Мартин. Чемберс кисло посмотрела на него.

– Отлично, – проговорил Гнор. – Итак, пятьсот часов в пятницу или я включаю хлор.

В 14:45 Мартин отсоединил корабль от энергопитания и атмосферных разъемов. Чемберс отвела корабль от причала, поставив его последним в небольшую очередь судов, выстроившихся перпендикулярно Рельсу – протянувшейся на сотню миль двутавровой балке, окруженной тысячами миль пустого пространства. Скоростной зеленый спортивный рейлер подрезал их и воткнулся в очередь впереди.

Чемберс с размаху шлепнула по кнопке коммуникатора:

– Эй, это наше место!

– Это племянник Гнора, – напомнил Мартин. – Ты прекрасно знаешь, что ссориться с ним ни к чему.

На мониторе появилась ухмыляющаяся рожа.

– Было ваше, стало наше, козявка. Едем веселиться.

На экране появилась другая рожа, замелькали длинные языки, чуждые для земного глаза конечности и задницы.

– Заряжай, – рявкнула Чемберс.

– У нас нет никакого оружия.

– Тогда дай мне что–нибудь такое, чем можно запустить.