– Эй, дружок, я же просила помалкивать!

– ...по 22:20:07 глядела в пространство. С тех пор как ты ушла из стоматологического училища, подобных записей накопилось много. В 22:20:08 встречалась с фирмой «Временной утиль Ч & М». Он посмотрел на Чемберс. – Ох, дерьмо! Мы попали в ее временную линию.

Напарница побледнела:

– Это плохо. Надо действовать немедленно!

Янина нервно пискнула с кушетки:

– Знаете, я ничего и никому не скажу о том, что вы здесь были. В самом деле.

– Крестный Отец, – проговорила Чемберс.

– Не слишком ли круто? – отозвался Мартин.

– Он может послать кого–нибудь исправить ситуацию. Нам придется попросить у него о милости.

– Не убивайте меня!

– Что? – Чемберс и Мартин дружно уставились на Янину.

– Не убивайте меня... Клянусь, я ничего не скажу!

– Убить тебя? – переспросила Чемберс. – Мы не собираемся убивать тебя. Таким образом можно лишь ухудшить ситуацию.

Мартин повернулся к Чемберс:

– А что мы собираемся сделать с ней?

– Ну, не можем же мы просто оставить ее в измененной временной линии, так ведь?

– Это и есть ваша э... машина времени? – спросила Янина.

– Угу, – согласилась Чемберс, помахивая гаечным ключом. – И как она тебе?

– Ничего, здесь очень мило.

– Спасибо. Садись. – Чемберс указала на отвратного вида кушетку, обитую пледом и снабженную пристяжными ремнями. Подобрав с пола скомканный носок, Янина застыла в полной растерянности, пока Чемберс не выхватила его у нее и не зашвырнула в угол.

– Оставайся здесь, – велела она и присоединилась к Мартину у пульта. – Ты готов?

– В основном. – Мартин передал Чемберс ярко–розовый блистер. Она сняла с него языком таблетку, Мартин последовал ее примеру. Еще один блистер он подал Янине. – Положи на язык.