— О чем ты спрашиваешь? — удивилась мать. Он объяснил, мать рассмеялась. «Тебе все это лишь приснилось, милый», — сказала она. Но он не забыл.

Вспомнилось ему и кое-что другое. Когда он стал старше, то часто, перед тем как заснуть, его посещали странные видения. Перед его внутренним взором внезапно начинали мелькать незнакомые лица, слышались обрывки непонятных разговоров. Уже подростком он разделил для себя все виденное и слышанное на три категории: обычное увиденное и услышанное, чисто вымышленные или припоминаемые образы и звуки, и те, что он назвал «промежуточные».

Горхэм и Тим сочувственно смотрели на потрясенного Дэвенанта, который с трудом поднялся на ослабевшие ноги.

— Довольно с меня ваших грязных трюков! — произнес он. — Выпустите меня отсюда! Сейчас же, немедленно!

— Конечно. Открой ему дверь, Тим.

Дэвенант распахнул дверь, вышел и от души хлопнул ею напоследок. Кипя от праведного гнева, он быстро зашагал по улице в ту сторону, где, как он знал, находился аэровокзал.

Тот, разумеется, оказался на месте. Но вот аэропортовский автобус… немного другой? Все сейчас казалось ему немного другим — Горхэм здорово задурил ему голову своей болтовней. Но самолет выглядел абсолютно обычным, да и автобус, на котором он поехал в город из бостонского аэропорта, — тоже.

Так, в контору сегодня идти нет нужды; он просто позвонит туда из своей холостяцкой квартирки. Он поймал такси и был неприятно удивлен, увидев, что оно розовое. Попадались ли ему раньше розовые такси? Ну и что, не такой уж он наблюдательный, к тому же постоянно открываются новые компании. Такси уже приближалось к его дому, когда он поймал себя на том, что старательно не смотрит в окно. Тут водитель заговорил.

— Вы сказали, «номер двенадцать», мистер? На Лаурел-стрит нет 12-го дома.

Они ехали по Лаурел-стрит, сомнений нет — он узнал некоторые из домов. Но на месте его многоквартирного дома оказалась автостоянка.