Разделавшись с рабами, Ингоульвюр вместе со спасенными женщинами направился к побережью Исландии. Радости их не было предела.

— А столбики так и не нашли? — спросил Нонни.

— Сейчас расскажу и об этом. Года два спустя столбики обнаружили люди, которых послал Ингоульвюр. Течением деревяшки отнесло за мыс Ре́йкьянес, в залив Фа́хсафлоуи. Там, в небольшой бухточке, их прибило к берегу. Ингоульвюр Арнарсон перевез в это место все свое имущество и людей и построил дом в бухте, на которую ему указали боги. Неподалеку вверх поднимался дым от горячих источников. Надо думать, Ингоульвюр и его люди немало этому дивились, ведь в Норвегии нет горячих источников. По этой причине новые поселенцы и назвали свой хутор Рейкьявик. Теперь это столица Исландии.

Ингоульвюр замолчал и посмотрел на часы. Было ровно пять.

— Мама, видно, решила подождать отца. А он кончает работу только в пять часов, — негромко, как бы разговаривая сам с собой, произнес он.

— Ты же знаешь, мама иногда садится в автобус, а чаще идет пешком, когда отправляется за покупками, — добавила Инга.

Она устала держать сестренку на руках и, поднявшись, осторожно опустила девочку на диван. Нина немного повертелась, но не проснулась. Инга заботливо прикрыла ее одеялом.

— Есть хочется, — протянул Сигги.

— Придется подождать маму, — ответила Инга.

— Интересно, какой была Исландия, когда сюда приплыл Ингоульвюр? — спросил Нонни, который все еще находился под впечатлением рассказа о древних викингах.

— Когда люди нашли Исландию, она была еще красивее, чем теперь, — с гордостью сказал Ингоульвюр. — Конечно, природа с тех пор не очень изменилась; и тогда были высокие горы, водопады блестящими серебряными лентами сбегали по скалистым уступам, ледники сияли ослепительной белизной. Озера были синие-синие, а сочные луга и леса ярко-зеленые.