Все тут же бросились продавать сдвинутому бедняге завалявшиеся железяки. Признаюсь, я сам продал ему сломанный кухонный таймер. Но потом у меня взыграла совесть, и я спросил, что он мастерит, а он ответил: устройство для наблюдения за гонками. Я решил взглянуть. Я думал, мне придется прикидываться, будто я вижу что-то на экране сгоревшего монитора. Мы пришли к нему домой и стали смотреть гонки. Так вот, это была не прямая передача с соседней планеты с трехминутной задержкой, какую мы видели в казино. Это был репортаж о гонках за два часа до того, как они начались.

— Тахионный приемник, — сказал Миллар.

— Мы давно предполагали, что белатринский флот принимает сообщения из будущего, а наш приятель с поврежденными мозгами проник в их секрет. Я тут же помчался в казино и превратил три своих кредита в три сотни.

— Гм-м… если это было три недели назад, то почему вы сейчас не купаетесь в деньгах?

— Когда я вернулся к Джоко, в его тахионном приемнике сгорело несколько деталей. На их замену ушли все мои деньги, и все равно оказалось мало. Поэтому мне пришлось обратиться к Эмбою.

— Тому вчерашнему пьянице?

— Сейчас-то я понимаю, что это было не самое удачное решение. К тому же он, как и я сейчас, без гроша. Мы сидим на богатейшей золотой жиле в галактике, а у нас нет денег даже на лопату.

— А какую долю получит тот, кто даст вам лопату?

— Я обо всем договариваюсь, вы делаете ставку, выигрыш делим пополам.

— Пополам меня не устраивает. Предлагаю восемьдесят и двадцать.

— Послушайте, без меня вы на этой операции ничего не заработаете. Я не только предоставлю вам информацию, но и помогу получить местечко на ближайшем корабле, улетающем к Земле. Сами понимаете, ваше пребывание здесь, когда вы сорвете банк, может оказаться не очень полезным для здоровья.

— Семьдесят и тридцать.

— Шестьдесят и сорок.