Иллюстрация Алексея Филиппова

Я проснулся и посмотрел вокруг. Все вроде оставалось таким же, как всегда.

— Эй, Джули, — сказал я. — Ты встала?

Джули не ответила. Не могла. Она была моей воображаемой подружкой. Может, я и свихнулся, но во всяком случае я знал, что Джули я придумал.

Я слез с постели, принял душ, оделся. Точно так же, как всегда. И все-таки меня не оставляло ощущение, будто что-то изменилось.

Не знаю, что меня раздражало больше всего. С раздражением я покончил. У меня была одна комната с ванной. К комнате примыкала застекленная веранда. Я мог выходить на веранду и нежиться на солнце. Солнце у них светило вроде бы весь день и каждый день. Непонятно, куда девались дождливые дни, которые я знавал в моей юности. Но, может быть, случались и дождливые дни, а я просто их не замечал. Я давно подозревал, что моя комната с застекленной верандой помещается внутри какого-то здания, огромного здания, где они регулируют свет и климат по своему вкусу. А по вкусу им был рассеянный солнечный свет весь день напролет. Солнца я не видел, даже когда выходил на веранду. Только белесое небо и льющийся с него слепящий свет. Не исключено, что светили солнечные прожектора, изобретенные для киносъемок. Они не позволяли мне видеть так уж много.