— Толку никакого, — согласился Ямщиков, — раз при ней ничего нет.

— В общем, мороки на целый день, а результат — ноль. Привезли эксперта с металлоискателем, под протокол все собрали. Потом хозяев вечером на опознание предметов привезли. Бумаги исписали полпортфеля…

— А кот?

— А что кот? Кот ученый, — уважительно сказал Ерошин. — Мы еще только тормозили, а он уже вырвался у нее из рук — и в кусты. Смеяться будешь, но узнал он меня. Помнишь, как мы с тобой шли, а он из окошка пялился? Моментально вычислил, кто я такой. Змея только потом сообразила и вещдоки скинула. Но я ее, стерву, достану. Как думаешь, не сбежит она теперь?

— Не из тех, кто с перепугу лакомые куски бросает, — Ямщиков потер подбородок. — Затихнет на какое-то время. Будет круги выписывать, чтоб слежку высветить. Может, парня начнет на коляске вывозить. Тут разные варианты возможны. Наглая она чересчур, чтоб вот так просто от кормушки отвалить. Понаблюдать бы за ней.

— Ну да, понаблюдаешь, — Саня увял окончательно. — С меня полковник и так семь шкур спустил за этот прокол. Сейчас и слышать не хочет.

— Ничего, — успокоил его Ямщиков, — полковнику тоже не все докладывать следует.

Прошла неделя. Ни одной странной кражи в районе за это время не случилось. Змея притаилась.

На рассвете Ямщиков топал по пустынному спящему городу. Он был доволен собой. Две ночи косил под раздолбая, тусовался с бомжами, делал вид, что пьет гнусную паленую водку и прикидывался дураком. Отследил все-таки, как в частный гараж перекидали из грузовой «Газели» три десятка коробок с ворованными компьютерами — целый компьютерный класс. И номер машины срисовал, и парней, что трудились под покровом светлой июльской ночи.