— Мистер Гас, — говорит он наконец, — мне очень нужно узнать. Вы не видели подозрительных мужчин? Нигде не встречали? Может быть, японцев?

Гас смотрит на меня, и я качаю головой.

— Нет, — кратко отвечает он.

— А, это хорошо! — Застывшая маска превращается в живое человеческое лицо почти мгновенно. — Да, это очень хорошо. Прошу прощения, извините за причиненное беспокойство!

— Что-нибудь не так? — интересуется Гас.

— Нет-нет, ничего! Совсем ничего! Извините, извините…

Мистер Мацумото торопливо покидает нас, а мы отпираем магазин и принимаемся за дело.

— Что это с ним? — спрашиваю я.

Гас пожимает плечами.

— Знаешь, вчера какой-то японец шел за мной до самого дома, — сообщает он со смешком. — Забавно, не правда ли?

В конце концов мы приезжаем на обед.

— Как твоя семья, Августин? — спрашивает моя мать, когда мы вчетвером располагаемся на наших местах в ресторане.

(Да-да, это настоящее имя Гаса! И он до сих пор не может простить, что я поведала сию ужасную тайну своим родителям.)

— Как обычно, — откликается Гас. — Вся наша свора здорова и немножко под мухой. — Он не без усилия отрывает глаза от меню и обращает невинный взор на мою матушку. — А вы как поживаете, миссис Лукка?

Я не могу не вмешаться в эту светскую беседу.

— Как это вышло, Гас, что я называю твоих родителей по имени, а ты моих по фамилии?

— Это потому, что у твоего мужа манеры лучше, чем у тебя, — назидательно говорит моя мать.

— На самом деле, когда моего папу кто-то называет по фамилии, ему сразу начинает казаться, что он в зале суда, — честно объясняет Гас. — Неприятные воспоминания, понимаете ли… — Он машет официанту и заказывает выпивку на всю нашу компанию, в том числе двойной скотч для моего отца.

— Ну полно, Августин, не стоит хулить собственного отца, — замечает моя матушка. — Он такой приятный человек.