— Просто представил. На борт шагают представители иного разума, тянут руку для пожатия, а тут полный суицид. Во комедия будет!

— Много болтаем, Ремо.

— Есть время, командир. Не думаю я, что они так, на предельной скорости, и подойдут. Должны начать тормозить. Кстати, тут и пригодится наш безработный.

— Олдрин?

— Именно. Рассчитав тормозное ускорение, можно будет понять, что за существа находятся внутри. То есть из чего они. Хотя бы приблизительно, так ведь?

— Не так, к сожалению, — покачал головой капитан. — Судя по нашему собственному тормозному вектору, нас с тобой тут не должно быть.

— В смысле, у них тоже реанимация, только ускоренная?

— Вот именно. Если они, конечно, вообще там присутствуют. Там могут оказаться далекие аналоги нашего Ртутника, и не более.

— Допустимо, — кивнул физик.

Оба замолчали. Им было что наблюдать, точнее, чем любоваться.

Перед ними на большом виртуальном экране расстилалось неизвестное. В общем-то, визуальная пустота. Масштабы ее были непредставимы для человеческого разума. Если бы обзор был круговой, то все, чем она могла себя выдавать, — это отсутствие звезд. Там, за этой «сверхдырой», не было ничего. Хотя по краю — они уже зафиксировали это — присутствовала едва уловимая аномалия. Но для них, астронавтов, конечно же, наблюдаемая. Плотность звезд превосходила среднюю, и к тому же их цвет тоже отличался. Был сдвинут. Причем по-разному: у одних — в красную, у других — в голубую область. Все в зависимости от расположения относительно чудовищной массы. Плотность далеких светил изменилась потому, что таинственный объект работал как гравитационная линза.

— Значит, по-вашему, такая штука существовать не может? — подвел итог любованию пустотой командир.

— Конечно, не может, — почему-то поежился, хотя вокруг был идеальный микроклимат, физик. — По крайней мере, хоть сколько-то длительное время. Эта сверхмасса обязана тут же схлопнуться, провалиться в тартарары.