— Не томите уже, Ремо, — бросил капитан.

— Эти кольца сами состоят из «черных дыр», Гровер.

— Вы это точно установили? — внимательно глянул на физика капитан.

— Нет, не точно, командир Гровер, — отмахнулся физик. — Но к нам приближаются гости. Я не знаю, удастся ли нам нормально поговорить. Так что довожу вам свои мысли. В обычной обстановке я бы еще проверял и перепроверял.

— Понятно. Точнее, совсем непонятно, Ремо. Это что, какие-нибудь «микродыры»?

— Не знаю покуда. Может, смесь из «дыр» разной массы. Наверняка некоторые в массе похлестче нейтронных звезд, но в диаметре — поменьше.

— А почему они взаимно не сталкиваются? Не коллапсируют?

— Да откуда мне знать, Гровер? Они идут там потоком. Понимаете, они движутся потоком вокруг центрового сверхобъекта. Не одна за другой, а смешаны, как толпа. Идут с почти световой скоростью. Причем они не уходят из потока, не улетают в открытое пространство… Хотя вследствие такой скорости некоторые из колец должны вылететь в пространство. Попросту выстрелиться в космос. Но они идут по орбите. Правда, и не орбиты это вовсе.

— А что же? — с напряжением спросил капитан.

— Они явно не эллиптической формы. Допустимо, что все эти кольца переплетены. Причем, вы же поняли, они обволакивают ту, первоначальную «сверхдыру» со всех сторон. Не как у Сатурна.

— Вроде того, как в древности представляли атом, да?

— Что-то похожее. Только колец тысячи, я уже говорил.

— И что дальше? В смысле, для чего это?

— Удивительно правильный вопрос, капитан Гровер, — глянул прямо в глаза капитану физик. Такой вопрос имеет значение только в отношении искусственного объекта, никак не естественного. Ведь не спросишь же: «Для чего Гималаи?». Конечно же, они порождают всяческие явления на Азиатском материке — геофизические, там, политические, но глупо думать, что Гималаи именно для этого. Они просто данность.