Альфред Элтон Ван Вогт

А дом стоит себе спокойно...

(или "Вечный дом")

Перевод Ю. Семенычева

Пролог

Погруженное в бездну мрака сознание смутно отреагировало на чей-то мужской голос:

- А я ведь, доктор, уже слышал о подобного рода ранах, но видеть их до сих пор не приходилось.

Мелькнула мысль: значит, впившаяся в него на той улочке пуля только ранила, и он жив. Все ещё жив! Но взметнувшееся было ликование исчезло, как туман, и снова - штопором в глубокий сон. Когда вынырнул из него вторично, говорила уже женщина:

- Это Таннехилл... Артур Таннехилл из Альмиранте, что в Калифорнии.

- Точно?

- Еще бы! Я же секретарша его дяди. И узнала бы племянника, где угодно.

Впервые подумалось: у него есть имя, место рождения. Внезапно он ощутил, что его обхватили и приподняли.

- Отлично, - прошептал кто-то. - Выталкивайте его в окно.

Стало болтать из стороны в сторону. Хохотнули, а женщина проронила:

- Если космолет не придет вовремя, я...

Затем возникло неясное впечатление, что его куда-то мчало с глухим ворчанием. Но тут же внимание целиком переключилось на мужчину.

- Разумеется, на похоронах будет полно народу. Крайне важно, чтобы он выглядел, как настоящий покойник...

Все его существо бурно противилось самой идее, что ему отведена роль заштатной пешки в каком-то диком кошмаре. Но тело словно парализовало, и он не смог даже шелохнуться, услышав - это было чуть позже, хотя и неясно когда именно, - торжественные и величавые звуки погребальной музыки. Особенно жуткое чувство возникло в момент завинчивания крышки над ним. А также, когда раздался тупой звук стукнувшегося о дно могилы гроба. Разум изнемогал от навалившейся со всех сторон тьмы, но он отчаянно сопротивлялся ей, одновременно понимая, что находится в непробудном сне.

Он все ещё лежал в гробу, когда в лицо пахнула свежая струя воздуха. Таннехилл пошевелил рукой. Сверху и сбоку - обито сатином. Но все приятнее холодило ноздри. Его сковал ужас. Послышался шум. Явно копали. Кто-то вскрывал могилу. Наконец мужской голос произнес: