- Мама плачет?

- Ничего она не плачет, - ответил Юнас.

И тут Лотта услыхала, как кто-то внизу на лестнице произносит:

- Конечно же, я плачу!

И в комнате появилась мама.

- Конечно же, я плачу из-за моей малышки Лотты.

Довольная Лотта кивнула головой:

- Ничего не поделаешь! Я уже переехала, и у меня есть домашнее козяйство.

- Вижу, - сказала мама. - А как у тебя уютно!

- Да, гораздо лучше, чем дома, - сказала Лотта.

- Я принесла тебе небольшой цветок. Ведь так принято - приносить цветы, когда переезжают, - объяснила мама, передавая горшочек с красной геранью.

- Здорово придумано, - обрадовалась Лотта. - Я поставлю цветок на окно. Спасибо тебе.

Лотта еще раз вытерла пыль со всей мебели, чтоб это видели мама, и Миа Мария, и Юнас и сочли бы, что Лотта способна вести домашнее козяйство. Но когда она кончила вытирать пыль, мама сказала:

- А ты не пойдешь домой обедать вместе с Юнасом и Миа Марией?

- Нет, меня кормит тетушка Берг, - сказала Лотта и продемонстрировала, как хитроумно они все устроили с этой корзинкой.

- Во всяком случае, ты не такая уж дурочка, - заметил Юнас.

Затем, усевшись на пол, стал читать старые еженедельные газеты, которые нашел в углу. А мама сказала:

- Тогда до свидания, малышка Лотта! Если вздумаешь снова переехать домой к Рождеству или что-нибудь в этом роде, знай, мы все будем рады.

- А сколько времени осталось до Рождества? - спросила Лотта.

- Семь месяцев, - ответила мама.

- Хо-хо, пожалуй, я точно проживу здесь гораздо больше семи месяцев, - решила Лотта.

- Ты так думаешь, да?! - сказал Юнас.

Потом мама ушла. Лотта и Миа Мария стали играть с Виолой Линнеа, а Юнас сидел на полу и читал старые еженедельные газеты.

- Разве здесь не весело, Миа Мария? - спросила Лотта.