Глоппенхеймер громко рыгнул.

– Меняй сколько влезет. Одна их деньга на один доллар Всемирной Федерации. Только надо найти местного жучка-спонсора. Чтобы типа он все делал, а как бы за его спиной. Так на этих планетах принято. А то начнут вопить: «Землянин эксплуатирует нас, разорвем это чудовище на куски!»

– И у тебя все с собой, материалы то есть?

– А то как? Эй, официант! – рявкнул Глоппенхеймер. – Повторить! И одна нога здесь – другая там. Уловил?

Коши улыбнулся и промолвил:

– Запишите на мой счет. – Его план начал обретать реальные очертания. А если все пойдет хорошо, что все расходы на этого дуралея оправдаются сторицей.

После еще трех стаканов голова Глоппенхеймера начала падать набок, а глаза закрываться. Коши сказал:

– Позвольте мне проводить вас до комнаты, герр Глоппенхеймер.

– Ка-арошо, – пробубнил Глоппенхеймер. – Ты настоящий друг. Напомни мне, чтобы настроил свои часы на звонок. Мой корабль скоро улетает. Ja

Они зигзагами прошли между пассажиров, отскакивая от одной стенки к другой подобно живым бильярдным шарам, пока наконец не добрались до каюты Глоппенхеймера. Она находилась через одну каюту от той, что занимал Коши в этом подземном кроличьем загончике для транзитных пассажиров. (На Нептуне и Плутоне были похожие космопорты; Уран служил пересадочным узлом для полетов к системам Проциона и Сириуса, потому что только он находился в нужной стороне Солнечной системы.)

Глоппенхеймер упал на свою койку и захрапел как работающая пилорама, едва его голова коснулась подушки.

С удовлетворением убедившись, что толстяк не реагирует ни на какие толчки, Коши осмотрел его документы и бумажник. Потом вытащил из кармана спящего ключи и открыл стоящий у двери шкаф. В нем висели ковбойские шмотки и прочие причиндалы. Деловой костюм Глоппенхеймера лежал в чемодане, и размерами и внешним видом как две капли воды похожем на чемодан самого Коши. Вот удача! Аллах и правда решил его вознаградить за ежедневные молитвы!