— Да, — ответила она, — в самом деле, они милы. Поедем дальше!

— Как хочешь, мой друг, — сказал он, кивнув детям.

Кучер закрыл дверцу. Он был жутко старый и, прежде чем влезть на облучок, строго взглянул на детей и сказал, чтоб они не потеряли деньги, а шли бы прямо к отцу с матерью.

— Потому что это — большие деньги, — серьёзно добавил он.

Экипаж тронулся, красивая бледная рука утомлённо помахала им между шторками, на миг показалось в окошке лицо знатного господина, но потом лошади понеслись вместе с экипажем с такой жуткой быстротой, что он тотчас исчез в облаке пыли.

Клас и Клара, совершенно онемев и разинув рты, смотрели ему вслед. Но тут же все дети окружили их, чтобы посмотреть на монеты. И они вскоре наверняка остались бы ни с чем, если бы в тот же миг не примчалась бледная от испуга София.

Но она несколько удивилась, увидев, сколько выручили дети. Удивилась и обрадовалась.

— Это — настоящее золото, — сказала она.

Они пошли домой и стали ждать отца, но теперь уже София не осмеливалась больше бегать к развилке. Теперь она терпеливо сидела дома.

Время шло, и наступил вечер. Альберта всё не было. И вернулся он, когда минуло десять часов и дети уже давным-давно спали в сундуке.

Он попал в беду: крестьянин, конечно, напился до чёртиков на ярмарке и ехал как сумашедший, так что воз на обратном пути опрокинулся в канаву. Весь товар Альберта разбился вдребезги, но какое это имеет значение? Всё равно никто не желает покупать его стекло. Он не продал ничего. Как всегда!

Никто из богачей не зашел на этот раз к нему в лавку, никто ничего у него не купил. От досады Альберт просто не находил себе места.

София с таинственным видом расхаживала по горнице, но ничего не говорила. Когда же он кончил свой рассказ, она достала золотые монеты, которые получили дети, и показала ему.