Закат становился все более красным, краснота эта сгущалась вокруг него и лежащих рядом безмолвных тел. Жизнь быстро уходила из тела, и только сейчас Уолтер понял, что ему никогда не хотелось умирать. На мгновение он ощутил горькое, нестерпимое сожаление: если бы ему было отпущено еще несколько часов, то наверняка удалось бы найти ответы на некоторые из вопросов, мучавших его всю жизнь. Но и это ощущение тут же угасло. Он умер.

***

Солнце быстро садилось. Теперь его лучи не достигали не только каменных плит на полу террасы, но и темных пластин шифера, покрывающих крышу дома. Темнота окутала землю у подножия гор; небо еще некоторое время оставалось светлым, но вскоре и оно потемнело. Ярко сверкающие точки первых звезд украсили теперь его бархатно-черную, безлунную глубину.

На дальнем берегу озера зашевелились высокие камыши у самой кромки темной воды. На берег, поросший густой травой, почти бесшумно, словно тень, выбрался высокий, худощавый шестнадцатилетний подросток. Несколько секунд он стоял неподвижно, вытянувшись во весь рост, и не отрываясь смотрел на освещенные окна дома.

Глава 2

Что-то произошло там, на террасе. Юноша видел это, но в сознании возник некий барьер, стена, заслонившая память, не позволившая запомнить подробности случившегося. Во всяком случае, сейчас разбираться в этом было некогда. Давно воспитанное в нем ощущение необходимости не терять времени и совершать решительные поступки именно в такие моменты, как этот, настойчиво подталкивало его. Ему предстояло выполнить заранее отработанный комплекс определенных действий, которым он овладел еще тогда, когда даже мысль о чем-либо подобном показалась бы абсурдной.

Он снова скрылся в зеленых прибрежных зарослях и быстро зашагал вокруг озера. Узкая тропинка вскоре привела его к небольшому строению; он открыл дверь и вошел внутрь.

Это был сарайчик, где хранился самый разнообразный инвентарь, используемый в хозяйстве. Человек, впервые попавший сюда, сразу же наткнулся бы на один из нескольких дюжин находившихся здесь предметов, не успев сделать и двух шагов. Но Хэл Мэйн свободно передвигался вперед, ни за что не задевая, ни к чему не прикасаясь, хотя внутри было совершенно темно, а света он не зажигал. Казалось, он обладал способностью отлично видеть впотьмах.