Да, мы оставались в неведении, зато шпионы узнали об этом. И тогда неприятель оживился, нанял у соседних государств милицейские части, за что смог бы расплатиться только в случае своей победы, и в результате мы внезапно обнаружили движущуюся на нас армию, численностью в три раза больше той, с которой мы должны были иметь дело согласно контракту.

Бродский опять замолчал, и Хэл увидел, как черные глаза офицера во второй раз остановили свой взгляд на его персоне.

- Продолжайте, - решительно произнес его отец. - Вы хотели сообщить, как все это связано со смертью моего брата.

- Да, - подтвердил офицер. - Джеймс состоял у нас в должности командира отряда, укомплектованного силами местной доннесвортской милиции. Но поскольку он входил в число наших людей, то, естественно, получал все приказы по нашей системе их передачи. А ввиду того что он еще не имел большого опыта командования, да и его милиция представляла собой не бог весть что, мы держали его отряд в резерве. Но когда руководитель управления прослышал о неожиданном увеличении неприятельской армии, он ударился в панику и пытался заставить нас предпринять решительное наступление, что стало бы для нас подлинным самоубийством, если принять во внимание занимаемые нами в то время позиции.

- И поэтому вы отказались, - сказал дядя, до этого не проронивший ни слова.

- Конечно, мы отказались, - подтвердил, взглянув на дядю, Бродский. - Наш командующий отказался выполнить такой приказ, на что согласно контракту имел законное право, но, независимо от этого, он в любом случае поступил бы именно так. Однако милиционеры, возглавляемые собственными офицерами, получили приказ о наступлении и подчинились ему. Они пошли в наступление.

- Но ведь Джеймс не получал такого приказа, - сказала его мать.

- К сожалению, - ответил Бродский со вздохом, - он его получил.