– Загорать, – лаконично отозвался собеседник.

– Ну допустим, – собрав остатки хладнокровия, сказал директор. – День будете загорать, два будете загорать… У вас, кстати, кожа облезает… А дальше?

– Облезает, говорите? Это хорошо…

– Вы мне не ответили, – напомнил директор. – Что дальше?

Взгляд незнакомца несколько смягчился. С минуту лежащий изучал директора, явно прикидывая, а стоит ли с этим типом откровенничать.

– Тут, я смотрю, речка есть… – нехотя проговорил он наконец. – Она ведь куда-то должна впадать. Наверное, в какую-нибудь другую речку. И та тоже… Значит, если поплыть отсюда по течению, можно и до моря добраться… Закажу яхту. Или даже сам построю. Хочу, короче, попробовать кругосветное плавание. В одиночку…

После этих слов генеральному директору стало окончательно ясно, с кем он имеет дело. Видимо, следовало вежливо со всем согласиться и тут же откланяться. Но директор был еще слишком для этого взвинчен.

– Ах, кругосветное! – сказал он. – В одиночку!.. Оч-чень, оч-чень интересно… А кому, позвольте спросить, это нужно? Вы! Энергичный, инициативный человек…

– Кому? – взревел воспаленно-розовый незнакомец. – Мне! С детства, знаете ли, мечтал! Плывешь этак, знаете, по океану и не причиняешь вреда ни единой живой душе!.. Идите, – почти приказал он. – Идите в ваш кабинет, играйте там в ваши игрушки, идите куда хотите!..

На траву рядом с директорской тенью легла еще одна. Директор оглянулся. Это был юноша в «плётке». Лежащий бешено посмотрел на веревочную маечку подошедшего и повернулся к публике без малого алой спиной.

– Вроде работает, – сообщил юноша, с интересом разглядывая облезающую спину. Спина была похожа на контурную карту Европы.

Генеральный директор сделал страшные глаза и предостерегающе приложил палец к губам. Затем – по возможности бесшумно – поднял с травы туфли и, ухватив за неимением лацкана какую-то веревочную пупочку, увлек изумленного юношу в сторону кабинета. Босиком и на цыпочках.