— А я знаю — почему, — выдохнул он. Анька хлопнула огромными серыми глазищами — как только ветер от ресниц не пошел. — У него в ящике — пакет. Зуб даю!

— Чей зуб? — недоверчиво усмехнулась Анька. Но Димка встрепенулся:

— А что, вполне!

— Ну и как мы туда попадем? — Анькины волосы щекотали щеку и сбивали Сашку с мыслей. — Он нас сразу заметит. И вся армия из оврага примчится. Дохлый номер.

Сашка отполз назад, присел у стенки сарая. Димка разочаровано крутил носом: тоже никаких идей. Ковыляющая со стороны выпаса бабка Агата кольнула их взглядом. Рассиживаться тут нельзя, заметят. Сашка с досадой поковырял дырку на джинсах. Вон еще дядя Гена топает, прицепится — так не отстанет. Генку-алкоголика недолюбливали не за беспробудное пьянство — мало ли в деревне пьющих мужиков, — а за нудность и привязчивость. Работники экспедиции торопливо прятались в кустах, когда видели на горизонте Генку. Пару раз нарубив дров для кухни, мужик счел, что теперь имеет полное право клянчить себе на бутылку. И проще было дать, чем отвязаться. Сашка оглянулся, высматривая пути к отступлению. И только тут вспомнил, что Генка-алкоголик — Мишкин отец. Идея, пришедшая в голову, показалось очень оригинальной.

Сашка встал, поддернул джинсы.

— Применим военную хитрость!

Анька недоверчиво взмахнула ресницами. Димка еле слышно хмыкнул.

Генка уже сворачивал за угол, когда Сашка догнал его. Хорошее место — Мишка их не заметит.

— Дядя Гена, здрасте!

Мужик окинул Сашку мутным взглядом.

— А, привет, экспедиторный.

— Дядь Ген, а вашему Мишке там у нас бутылку водки передали. Отнеси, говорят, отцу. Очень он нам с дровами помог.