— Даже я могу видеть следы шин. Множество следов, — заметил Мердок. — Это он! Они приблизились к пролому.

— Войди, но не торопись, — приказал он. — Взорви первое, что будет двигаться.

Они миновали скальный портал и теперь ехали по песку. Дженни погасила свои обычные фары и переключилась на инфракрасные. Инфракрасный объектив поднялся перед ветровым стеклом, и Мердок изучал через него пещеру. Она была около двадцати футов в высоту, а в ширину достаточной, чтобы вместить три автомобиля, идущих рядом. Песок под колесами постепенно сменился камнем, гладким и ровным. Дорога начала забирать вверх.

— Впереди какой-то свет, — предупредил Мердок.

— Я знаю.

— Выход наружу, я думаю.

Они медленно поползли к нему, и только двигатель Дженни обнаженно дышал в огромной гулкой тишине пещеры.

Они остановились у самой границы света. Инфракрасный объектив спрятался обратно.

Это был каньон — песчаный и сланцевый. Отвесные склоны и скальные карнизы скрывали его почти целиком. В дальнем конце свет был особенно тусклым, и там не было ничего необычного.

Но ближе…

Мердок зажмурился.

Ближе, в неясном свете утра и размытых тенях, дорогу преграждала самая большая груда хлама, какую Мердоку случалось видеть.

Останки автомобилей любого производства и всех мыслимых моделей громоздились перед ним в ошеломляющую своими размерами гору.

Здесь были аккумуляторы и покрышки, кабели и амортизаторы, были крылья и бамперы, фары и двери, лобовые стекла, цилиндры и поршни, карбюраторы и бензонасосы…

Мердок смотрел.

— Дженни, — прошептал он, — мы нашли кладбище автомобилей!

Дряхлый автомобиль, который он вначале даже не отличил от хлама, дернулся на несколько футов в их направлении и так же внезапно остановился. Скрежет истертых колодок, царапающих древние потрепанные барабаны, ударил Мердоку в уши. Шины автомобиля были совершенно лысыми, и левая передняя сильно нуждалась в воздухе. От правой фары остались осколки, по ветровому стеклу змеилась трещина. Автомобиль стоял перед грудой, и его проснувшийся двигатель страшно дребезжал.