Робкий огонек надежды зажегся в моем сердце. На моей стороне был самый иррациональный из законов вселенной - закон подлости, известный также под законом бутерброда, который всегда падает на пол намазанной стороной. Ведь я любил Диану, по-настоящему любил ее, но потом потерял память и влюбился в Дейрдру, а когда вновь обрел себя, то обнаружил, что люблю их обеих одинаково сильно. Весть об исчезновении Дианы, фактически о ее гибели, принесла мне невыразимые страдания, но ее смерть была бы слишком простым, слишком банальным выходом из сложившейся ситуации. Так обычно происходит в дешевых мелодрамах, где законы жанра требуют, чтобы в случае любовного треугольника один из его углов, третий лишний, должен либо оказаться негодяем, либо под конец умереть. И тогда герой обретает счастье с уцелевшей героиней, они живут в любви и согласии, рожают умных и красивых детей - ну, и все прочее в том же духе, о чем писать неинтересно, а читать скучно. По этой причине все сентиментальные романы и пьесы о чистой и возвышенной любви заканчиваются, как только становится слышен звон свадебных колоколов. Тернии пройдены, дальнейший путь усыпан розами, точка, конец.

Я обратился к богу (если он есть) со страстной мольбой, чтобы жизнь моя не была похожа на дешевую мелодраму. Я не знал, что буду делать потом - если моя дикая, безумная надежда станет явью, - скорее всего, буду глубоко несчастен, разрываясь между Дианой и Дейрдрой, и сумма моих мук во много крат превысит мои теперешние страдания, но я готов был без колебания заплатить такую цену за жизнь любимой.

Слезы, наконец, хлынули из моих глаз, и я заплакал. Не помню, сколько времени так прошло. Я рыдал, успокаивался и снова рыдал, доводя себя до исступления. Все в моей голове перемешалось, и я думал о Диане, как о Дейрдре, а Дейрдру представлял в образе голубоглазой шатенки Дианы.