Он возненавидел ее с первого же дня. Но заставив хозяина вынести безобразные остатки старого дивана, все остальное сохранил в прежнем виде. Даже фотографии из турецкого журнала для мужчин остались на своем месте, закрывая трещины в штукатурке. Зачем менять все? Ему нужно было просто жить здесь, но совсем необязательно наслаждаться этой жизнью.

Он опробовал различные рестораны, каждый день ходил в Консульство за почтой, осматривал "достопримечательности" и иногда делал пометки в блокноте.

По четвергам посещал хамам, чтобы избавиться от накопленных за неделю ядов, и пользовался услугами массажиста.

Постоянно наблюдал за ростом своих усов.

Он чувствовал, что гниет здесь - как содержимое консервной банки, которую открыли и забыли где-то на кухне.

Оказалось, что существует специальное турецкое слово для катышей грязи, которые соскабливают с тела в бане. И еще одно, имитирующее шум кипящей воды: фукер, фукер, фукер. Кипящая вода в представлении турка символизировала первую стадию полового возбуждения. Это примерно соответствовало американскому "электрисити".

Иногда, блуждая по темным безрадостным переулкам он как будто видел ту женщину, но обычно лишь издали или мельком.

Во всяком случае, у него не было уверенности в том, что это она. К тому же лицо женщины не запомнилось ему, а фотографии сделать не удалось, потому что он случайно засветил пленку. После таких встреч он иногда ощущал легкое беспокойство, но не более того.

* * *

Мальчика он встретил в Ушкюдаре. Это случилось в середине ноября, когда внезапно наступили холода. Он впервые пересек Босфор и, сойдя с парома на землю (или, точнее, на асфальт) самого большого континента, ощутил неизъяснимую притягательную силу этого колоссального пространства.