- Она здесь, эта капсула! - С помощью носатого Аркаши он приподнял для обозрения отливающий холодным блеском ящик. - И никто, поверьте, никто даже близко не знает, чьё это начало. Наберемся терпения, друзья! Теперь все зависит от вас. Вы дадите ему жизнь, и вы будете первыми, кто увидит его.

Откровенность и пафос произвели на слушателей впечатление, однако не на столько, чтобы у них пропала охота спрашивать. Обжав со всех сторон академика, они дружно выдавливали из него крохи признания. Немного перестарались - с именитого живота полетели пиджачные пуговицы. Забеспокоившись, Владимиров не без труда отбил у толпы гостя, который так и не сказал, кто те двенадцать избранных, чью судьбу решала рулетка.

7

Отношения между ними портились. Острогин скрупулезно сверял каждую запись, просил уточнить или дополнить, если могли возникнуть разночтения; поминутно справлялся с инструкцией, вычитывая вслух целые параграфы. И чем больше он привередничал, тем нервознее становился Владимиров. Бумаги отвлекали его, мешали следить, кто что делает, куда пошел.

Еще на входе в биокомплекс он предупредил, чтобы никто не отделялся, ни к чему не притрагивался. И когда тянувшийся в хвосте бессловесный Аркаша ткнулся было не в ту дверь, он бесцеремонно оттащил его за рукав и уже не спускал с него глаз. Нос у острогинского помощника был не только большой, но и любопытный.

Ящик вскрывали в центральной лаборатории.

Зачитав соответствующий пункт инструкции, Острогин передал Владимирову запечатанный конверт, настоял, чтобы тот, прежде чем нарушить печать, убедился в ее целостности. В конверте был листок с кодом к цифровому замку. С этой минуты уже только Владимиров мог распоряжаться ящиком.

Медленно, словно имел дело с взрывателем, он набрал пятизначное число. Послышался легкий щелчок, и крышка автоматически откинулась. Переведя дыхание, Владимиров с еще большей предосторожностью стал снимать разномастные прокладки - одну, другую, третью. Наконец обнажилась лежащая в гнезде дымчатая продолговатая капсула.