Алеха замолчал и сидел до конца урока насупившись.

- Ну так как? - спросил Галактионыч уже весело. - Будем академиками? Будем учиться быть учеными?

И не было больше урока. Был поток наших самых разных вопросов и мудрых ответов Галактионыча, потому что идея захватила всех. И только две девочки - будущие актрисы, - и мальчик, решивший посвятить свою жизнь фантастическим романам, чувствовали себя не совсем в своей тарелке.

- А что же нам? - спросил наконец будущий фантаст Володя Трубицын.

Он растерянно посмотрел на актрис, потом на остальных.

- Как же вы без нас?..

Галактионыч развел руками.

- Раз нет тяги к науке... Впрочем, на заседания Академии наук было бы полезно ходить и тебе. Ведь фантастика должна быть научной.

Проголосовали. Президентом большинством голосов был избран очень немногословный и сдержанный не по летам Саша Чиликин. Президент удовлетворял всем требованиям, какие только могла предъявить ему наша требовательность, - зазнайкой он не был, всегда делал то, что обещал. Было у него еще одно редкое качество, снискавшее ему уважение не только среди нашего класса, но и всей школы: способность сохранять хладнокровие в самые острые моменты наших частых футбольных схваток. И его подчеркнутая невозмутимость смущала, как правило, разгорячившихся противников куда сильнее, чем если бы он принимался спорить с ними до хрипоты. И с ним соглашались.

Вскоре состоялось первое заседание Академии, на нем каждый выбрал себе научную тему и получил полный простор для работы над ней. И Галактионыч предоставил нам абсолютную самостоятельность: не спрашивал, кто над чем работал, помогал, только если его просили помочь.

Сначала в составе Академии было тринадцать человек. Но уже на второе заседание пришли и те две девочки, что собирались стать актрисами.