Оболочка была мужского пола, и, судя по одежде, силы её пришли к концу в дороге. Откуда и куда? Да имеет ли это сейчас хоть какое-то значение?

Морщинистая и худая до того, что казалась лишь обтянутым кожей скелетом, уходящая оболочка лежала на спине и пялила в потолок бессмысленные глаза. Из уголка рта у неё тянулась тоненькая ниточка слюны. И это было вполне естественно, если учесть, что в оболочке уже никого не было. Того, кто в ней находился до недавнего времени, перенесли в другую, предоставляемую страховочной компанией. Как только уходящая оболочка перестанет функционировать, он займёт место её самого первого хозяина, будет перенесён в его освободившееся тело. Оно может оказаться как хорошим и новым, так и старым, плохим. В общем – чистая лотерея. Причём желающие в неё сыграть находились постоянно, несмотря даже на риск, что страховая компания может не успеть выдернуть их из умирающей оболочки.

Книс ухмыльнулся.

А всё благодаря закону взаимодействия оболочки и её первоначального хозяина. Каким именно образом он действует, учёные объяснить пока не могли, но он срабатывал с неотвратимостью падающего ножа гильотины. Сколько бы оболочек человек ни сменил и где бы ни находился, как только умирала первоначальная, та, с которой началось его путешествие по телам, он тоже исчезал, переставал существовать.

Правда, «вампиры» своим существованием вроде бы опровергали этот закон. Если, конечно, они и в самом деле есть, если они не выдумка средств массовой информации – ведь до сих пор ни одного из них поймать так и не удалось. С другой стороны, дыма без огня не бывает. Да и сложно захватить того, кто может в случае нужды мгновенно перенестись на другой конец света.

Стоящий перед ним продвинулся вперёд, и Книс тоже сделал шаг.

Теперь оболочка оказалась к нему ещё ближе, теперь, согласно церемонии, он должен был сосредоточить на ней всё своё внимание, постараться передать ей сожаления об уходе и благодарность за долгую жизнь.