Сквозь сон Айзенберг услышал, как Грейвз окликнул его по имени, и тут же проснулся.

- Да, док?

- Мне уже трудно говорить, сынок. Спасибо за заботу.

- Не стоит, док.

- Помните о своей миссии. Когда-нибудь ваше заточение кончится. Будьте готовы к этому и не упустите свой шанс. Людей нужно предупредить.

- Я сделаю это, док. Обещаю вам.

- Хороший мальчик, - и Грейвз добавил чуть слышно. - Спокойной ночи, сынок.

Айзенберг неподвижно сидел у тела Грейвза, пока оно не начало холодеть. Потом, обессиленный долгим дежурством, Айзенберг провалился в глубокий сон. Когда он проснулся, тела не было.

После смерти Грейвза Биллу так и не удалось обрести душевное равновесие. Как ни важна была стоящая перед ним задача - предупредить человечество о грозящей опасности, - порой ему казалось, что он начинает сходить с ума от унылого однообразия бесконечной череды дней, проведенных в одиночестве. Айзенберг не знал даже, сколько времени он находится в заточении. Он был лишен даже такого средства борьбы с монотонностью, которое доступно любому осужденному - отсчета дней, оставшихся до казни. Ведь его календарь - всего лишь результат подсчета периодов сна.

Большую часть времени теперь он был не в себе - вдвойне трагичном состоянии, когда рассудок убеждал его в собственной ненадежности. Периоды душевного подъема чередовались с глубокой депрессией: будь у него хоть какая-нибудь возможность, он бы покончил с собой. В моменты просветления надежда возвращалась к нему, и тогда он строил планы борьбы с существами Икс. Он лично возглавит "крестовый поход". Ракеты и атомные бомбы посыпятся на Столбы. Они будут преследовать чужаков по всей Земле и уничтожат их. Земля снова будет принадлежать людям.

Когда горькая ясность сознания возвращалась к нему, Билл начинал осознавать, что человечество беспомощно перед силой разума существ, сумевших построить Столбы и захвативших их с Грейвзом столь таинственным способом. Могут ли рыбы напасть на Бостон? Что толку обезьянам из джунглей Гватемалы строить планы уничтожения военно-морского флота?

Человечество бессильно что-либо предпринять.