От этой мысли к м-ру Хаггарду вернулось хорошее настроение, и он весело засмеялся. Миссис Моррисон приняла этот смех на свой счет и ободренная тем, что ее юмор оценили, с еще большим воодушевлением продолжила рассказ:

- А на обратном пути мы посетили Столицу красных и видели там много интересного. Представьте себе, эти красные не умеют скрывать своих чувств и, как видно, совершенно невоспитанны! Мы видели на их лицах слезы, гнев, удивление, задумчивость, нерешительность, тогда как у нашего самого несчастного калеки никогда не сходит с лица счастливая улыбка! Это говорит о том, что даже в самую трудную минуту нам лучше живется, чем им там в их "коммунистическом раю", - миссис Моррисон заулыбалась, видимо, подражая "несчастному калеке в его трудную минуту".

"Агитатор-пропагандист, - констатировал про себя м-р Хаггард, широко улыбаясь вместе со всеми, - Ведь прекрасно знает, что если не будешь улыбаться все время, то Служба здоровья сразу причислит тебя к неблагонадежным. А для того же калеки это означает потерю пособия и высылку на дальнюю суровую планету. А к красным они не так просто летали! Видно, Моррисон хотел подлизаться к ним. Ну, ничего, мне завтра доложат, что у него из этого вышло!"

И еще более демонстрируя свою лояльность посредством зубоскальства, м-р Хаггард обратился к хозяевам "ретро":

- Так чем вы нас сегодня порадуете?

- О, мы постараемся вас так повеселить, чтобы после нашего вечера вы еле ноги дотащили до постели! - сострил м-р Моррисон и, взяв с антикварного столика с кривыми ножками не менее антикварный серебряный колокольчик, начал в него звонить.